В поисках загадочной секвойи-альбиноса в парках Калифорнии

Секвойя-альбинос

Где-то в глубине секвойного леса на дне каньона, среди вечнозеленых деревьев, обитает белый призрак — генетическое чудо, окутанное загадками.

Мы соскальзываем в овраг, приземляемся на рыхлые кучи сброшенных иголок, папоротников и листьев дуба, затем взбираемся на другой склон. Большая рогатая неясыть ухает один, два, три раза. Рассвет только начинает щекотать верхушки деревьев, а здесь, внизу, под пологом леса, еще холодные сумерки.

В нескольких метрах от нас, высоко возвышаясь над нашими головами, как потустороннее видение, парит удивительно белое дерево. Это загадочная cеквойя-альбинос, биологическая невероятность — организм, который не должен существовать.

«Я предполагаю, что этому экземпляру, вероятно, сто лет или больше. Он один из самых высоких в округе», — говорит аспирант Зейн Мур, изучающий геномы секвойи в Калифорнийском университете в Дэвисе.

Вместо того, чтобы быть вечнозеленым, дерево вечно белое, его иголки мягкие, восковые на ощупь. Обычная секвойя, выживает, собирая солнечный свет, превращая его в пищу, но у этого альбиноса отсутствует важнейший компонент основного клеточного механизма, который ему нужен, чтобы прокормить себя. Вместо этого он подключается к корневой системе своего пигментированного родителя и крадет питательные вещества.

Дерево-альбинос в государственном парке Генри Коуэлл Редвудс

Дерево-альбинос растет у железнодорожных путей в государственном парке Генри Коуэлл Редвудс.

Хотя деревья альбиносы редко встречаются на Земле, они естественным образом растут в залитых туманом прибрежных секвойных лесах. Это научная головоломка — мутировавшие деревья, которым каким-то образом удаётся выживать, даже если родительские деревья сбрасывают другие побеги. Некоторые из них высокие, как дерево, к которому мы добрались, но большинство из них ниже и кустистее. Другие проросли высоко на родительских деревьях.

Пятьдесят или около того, встречающихся в природе видов, являются бело-зелеными химерами, организмами с двумя различными наборами генетических инструкций. Одно из этих деревьев, которое росло рядом с полосой отвода в округе Сонома, настолько популярно, что, когда в 2014 году строители железной дороги собирались срубить его, местные жители заставили компанию выкопать, погрузить на грузовик, и переместить дерево в другое место.

Пересадка секвойи с генетической аномалией Пересадка секвойи с генетической аномалией

Деревья-альбиносы впервые появились в публикациях в середине 1800-х годов, когда поселенцы начали замечать их удивительно кремовую листву. С тех пор, за некоторыми исключениями, местонахождение альбиносов тщательно охраняется, чтобы защитить их от варварских секаторов или декораторов, вроде тех, кто когда-то украсил оперный театр снежными веточками.

Высокая секвойя-альбинос, которую мы посетили на рассвете, известна с 1970-х годов, говорит Зейн Мур, ныне один из мировых экспертов по деревьям. Он и его коллега создают карту секвой-альбиносов, путеводитель по примерно 630 известным растениям-альбиносам, произрастающим между южным Орегоном и центральной Калифорнией. Некоторые из этих деревьев были выращены энтузиастами. Другие, может быть, около сотни, найдены случайно, в том числе дерево, которое Мур мельком увидел, когда стоял в пробке на печально известном калифорнийском шоссе. В основном, говорит он, поиски выдуться, основываясь на исторических отчетах или рассказах местных жителей. «Это похоже на поиск сокровищ», — говорит он.

Позже в тот же день Зейн показывает мне первого альбиноса, с которым он когда-то столкнулся. Он растет в государственном парке Генри Коуэлла Редвудс, где изрядно протоптанные тропы, позволяют посетителям ощутить величие многовековой секвойной рощи: густые, возвышающиеся деревья с искривленной корой и узловатыми капами, расщепленными кронами, сросшимися стволами, и даже выгоревшая пещера, достаточно большая, чтобы в нее могли поместиться десятки людей.

Окруженные папоротниками и ароматной росистой листвой, эти массивные деревья возвышаются над ландшафтом и придают лесу почти первозданный вид. Первый альбинос Мура, напротив, представляет собой смесь коричневых и белых ветвей примерно человеческого роста, спрятанную в безымянной роще рядом с железнодорожными путями парка. Он нашел его в 2011 году после того, как посмотрел документальный фильм об этих деревьях и решил посмотреть его сам. И примерно в то же время понял, что мог бы зарабатывать на жизнь ботаникой «Знаешь, я очень люблю растения», — вспоминает Мур.

Белая секвойя

Секвойи-альбиносы могут выглядеть хрупкими, но они выживают и их белые побеги часто быстрее всего восстанавливаются из поврежденных пламенем ландшафтов.

Все, что связано с секвойями-альбиносами, пропитано тайной. Как они выживают и процветают, их физиология и анатомия, мутации, которые делают их белыми. Даже научная литература, описывающая деревья, скудна. Исследованиям мутаций, вызывающими появление деревьев-альбиносов, препятствует сам геном секвойи — колоссальная, секвенированная совокупность из 26,5 миллиардов пар оснований, распределенных по шести парам из 11 хромосом. У людей, для сравнения, три миллиарда пар оснований и 23 пары хромосом.

Исследователи знают, что, помимо отсутствия фотосинтетического механизма, деревья почти не контролируют потерю воды через небольшие отверстия в листьях, что происходит быстрее при более высоких температурах. У деревьев-альбиносов также более слабая древесина, возможно, потому, что они не могут легко производить соединение, называемое лигнином, которое имеет решающее значение для строительства клеточных стенок. «Трудно работать с этими долгоживущими растениями», — говорит экофизиолог Ярмила Питтерманн из Калифорнийского университета в Санта-Круз, которая занималась проблемой потери воды. «Меня также восхищает тот факт, что их действительно здесь, в округе Санта-Круз, достаточно много», — говорит она.

В царстве калифорнийских секвой, люди — мимолетные призраки. Самое старое дерево, выставленное в парке, датируется двумя столетиями до основания христианства.

В 2016 году Мур обнаружил, что некоторые деревья с аномальной генетикой содержат гораздо более высокие уровни кадмия, никеля и меди, чем их зеленые родители — в 11 раз больше, чем необходимо для повреждения растения. Он задавался вопросом, изолируют ли альбиносы эти тяжелые металлы и каким-то образом приносят пользу своим родительским деревьям, которые, как подозревают исследователи, в противном случае могли бы перекрыть доступ своим наследникам-альбиносам к пище. Пока что среди ученых нет единого мнения о том, что происходит. И теперь, по иронии судьбы, исследователи из Принстонского университета, изучающие, как атомы углерода и водорода перемещаются по метаболическим путям деревьев, используют их аномальных родственников, чтобы, возможно, лучше реконструировать древние условия окружающей среды.

Люди часто говорят, что секвойи-альбиносы эфемерны, как видения, которые материализуются и исчезают, фантомы, которые прячутся у всех на виду. В парке Генри Коуэлла торжественно выставленный пень произошел от дерева, выросшего в калифорнийском лесу за два столетия до зарождения христианства. Самое старое дерево в парке впитывает солнечный свет уже более тысячи лет.

Но даже предположительно хрупкие деревья-альбиносы живут дольше нас. Мур показывает мне одного такого представителя, растущего рядом с железнодорожными путями парка, который впервые появился на фотографии 1877 года — блестящий куст, небрежно растущий рядом с изогнутым металлом железнодорожного полотна.

Белые иголки секвойи Cotati

В нескольких милях от него растет огромное дерево, которое впервые было описано в 1912 году. «Его полностью вырубили в 1970-х годах, но он все еще отрастает», — говорит Мур. Хотите увидеть это эффектное белое дерево? Оно занимает площадь около 68 квадратных метров, его высота в среднем составляет около 5-ти метров, может уже больше. Этот большой белый комок действительно впечатляет.

Конечно, идем смотреть. Случайно растущее между двумя домами, дерево представляет собой чащу  — буйное скопление молочно-белых ветвей, прорывающихся во всех направлениях, достаточно большую, чтобы в ней можно было заблудиться, которая отросла всего за 50 лет. По словам Питтерманна, теперь каждая угроза секвойе представляет собой угрозу и для альбиносов, потому что на их жизнь влияет здоровье родительского дерева. Но отрастание этого сожженного дерева — то же самое явление, которое наблюдается после лесных пожаров: белые побеги часто быстрее всего восстанавливаются из поврежденных пламенем ландшафтов и это потрясающе.

Я вырос в объятиях старовозрастной секвойной рощи, месте, которое с каждым днем ​​кажется мне все более ценным. И все же мне потребовалось почти 25 лет, чтобы заметить густую группу ростков-альбиносов вдоль одной из моих детских троп: пену белоснежных иголок размером с минивэн. Как и большинство людей, я проходил мимо него несколько раз, не обращая внимания на его яркие цвета или, возможно, отмахиваясь от него как от бликов солнечного света. По сей день дерево, воплощение своеобразного и невероятного, процветает.

Дополнительные ссылки

  • Секвойя Cotati выкопана с корнем и пересажена в безопасное место. Статья Лори А. Картер 7.08.2014
  • Спасение лесов. Надия Дрейк, фото Кенни Уртадо, журнал National Geographic, специальный выпуск, май 2022.

Читайте также: