Почему женщины не с Венеры, а мужчины не с Марса

Эмили Кук
30 ноября · 5 минут чтения

Ранние исследования шизофрении конца XVIII — начала XIX века, в свое время, вдохновили нейробиолога Джину Риппон написать свою первую книгу “Гендерный мозг. Современная нейробиология развенчивает миф о женском мозге”. Книга была издана в 2019 году. Целью ее исследований стал поиск биологических объяснений гендерным социальным нормам.

Риппон убеждена, что наш мозг не мужской и не женский, он невероятно пластичен, но находится под влиянием гендерного мира, в котором все мы с вами живем.

Книга “Гендерный мозг. Современная нейробиология развенчивает миф о женском мозге” по словам автора, отчасти, была написана, в противовес сомнительным исследованиям или, так называемому, нейромусору, с которым Риппон впервые столкнулась в 2000-х годах. В то время она работала в Aston Brain Centre, входящей в состав Астонского университета в Бирмингеме, Великобритания. Сегодня Риппон является почетным профессором когнитивной нейровизуализации в Астонском университете.

Что такое нейромусор?

Нейромусор — это то, что мы обычно называем лженаукой. Часто изображение мозга на книжных страницах придает некоторый авторитет повествованию, и неважно о чем именно говорится в тексте. Подобные иллюстрации активно используются семейными психологами, тренерами по личностному росту и приверженцами раздельного обучения. Кроме того, приставка «нейро» вероятно, в скором времени также войдет в число слов-паразитов. Просто поставьте «нейро» впереди, и успех вам обеспечен. Нейромаркетинг, нейроэстетика — согласитесь, звучит весьма научно.

Мужчина и женщина

Слово «нейромусор» подразумевает информацию, вводящую в заблуждение, например: полуправдивые истории, стереотипы, мифы о правом и левом полушариях мозга. Подобные статьи, сегодня, более популярны и доступны, чем научные журналы. Информация, содержащаяся в них, резонирует с многовековым опытом людей, основанном на гендерных различиях.

Как складывались ваши исследования в гендерной области?

Моя карьера началась в 1980-х годах, в то время я всерьез заинтересовалась нейробиологией половых различий. В самом начале практики, я активно использовала когнитивные тесты: задания на скорость речи или зрительно-пространственные задачи, которые якобы надежно отличают мужчин от женщин. Однако за 18 месяцев работы я не обнаружила видимых различий. Идея правого и левого полушарий мозга основана на очень шатких доказательствах. Вскоре я устала от подобных экспериментов и увлеклась исследованием дислексии.

В 2006 году — почти сразу после того, как я пришла в Астонский университет, инженер Джулия Кинг стала первой женщиной-проректором университета. Она задавалась вопросом о том, почему так мало женщин в науке, искала научное обоснование этому вопросу.

Нейробиолог Джина Риппон

Нейробиолог Джина Риппон. Фото: Джеймс Уоллер

Сегодня изображения мозга, зачастую, используются в публичных нейронаучных обсуждениях, чтобы доказать почему женский мозг проигрывает мужскому. Я решила высказать свое мнение по этому поводу.

На Британской научной конференции 2010 года я выступила с диссертацией на тему различий между женским и мужским мозгом. Моей задачей было развеять стереотипные мифы о том, что мужчины «левополушарны» — логичны, рациональны и хорошо справляются с пространственными задачами, а женщины — «правополушарны» — эмоциональны, заботливы и хорошо справляются со словесными задачами.

Мы не с Марса или Венеры. Мы все с Земли! Джон Грей, несомненно, прославился благодаря своей книге, но был не прав. Я предполагала, что в ответ на мою диссертацию люди просто скажут спасибо, и мы все разойдемся. Я не могла даже предположить, что выступление вызовет абсолютный фурор и неподдельный интерес со стороны СМИ.

Я даже разместила один из комментариев в своем Твиттере в качестве заголовка. Комментарий был опубликован Кристиной Одон в британской газете «The Daily Telegraph». Кристина считала, что моя теория «попахивает феминизмом с фетишем равенства». А я в ее глазах предстала в роли «бедного ученого… которая была так поглощена своей работой, что не заметила, что мужчины и женщины разные».

Мне также прислали различные изображения той части мужской анатомии, которой обычно иллюстрируют различия мужчин и женщин. Один читатель британской газеты «Daily Mail» назвал меня в комментариях «сердитым старым харриданом».

С другой стороны, многие родители поблагодарили меня и пригласили выступить в школе, что сейчас я делаю с завидной регулярностью. Также мне поступило предложение стать участником проекта Европейского Союза, изучающего гендерные различия в традиционной науке.

Почему Вы решили написать книгу о гендерном мозге?

После выступления в 2016 году в Королевском институте Великобритании литературный агент предложил мне написать книгу. На написание ушел ровно год. К счастью, у меня была в основном административная должность в Aston, в основном, я отвечала за международные исследования и подбор персонала. У меня не было преподавательской роли на полную ставку, я преподавала всего один раз в неделю. Поэтому у меня было много времени для литературной деятельности.

Написание книги оказалось намного сложнее, чем я ожидала. Мне казалось, что просто прочитав доклады, я смогу написать бестселлер. Книжный стиль — пришелся мне не по зубам. Всю свою карьеру я писала научные статьи, но книга требовала другого формата. Если честно, это вводило меня в ступор, и, мне кажется, мой редактор был в аналогичной ситуации.

Что случилось после публикации книги?

Исключительно благодаря моему талантливому агенту я подписала выгодный издательский контракт. Я не догадывалась, что значит моя галочка возле пункта: «Проведение любых соответствующих маркетинговых мероприятий». Тут все и началось. Все книжные фестивали хотели, чтобы я приехала. Это казалось интересным, хотя бы потому, что я ни разу там не была. Весь 2019 год мои ноги не касались земли, в буквальном смысле слова. С началом пандемии, мне пришлось вернуться в Соединенное Королевство.

Женский и мужской мозг

В первую очередь, книга завоевала популярность среди тех, кто понимал, что речь идет не об отрицании половых различий, и что это вовсе не борьба за место под солнцем, а лишь попытки понять истинные различия между полом и гендером. Но неудивительно, что нашлись те кто этого не понял.

Как вы относитесь к критике?

Если она оформлена как научный аргумент с целью разъяснения несогласий в процессе беседы, то это нормально. Зачастую, коммуникационная цепочка изначально представляет собой довольно четкое заявление, но в процессе перехода от одного человека к другому, например, от редакторов журналов к ведущим журналистам, а затем к читателям оно может изрядно потерять основную мысль, как в “сломанном телефоне”.

Что касается соцсетей, на аргумент “мужчины и женщины не отличаются друг от друга”, в комментариях вы можете получить сотни опровергающих изображений на которых невооруженным глазом видны различия между полами. Я помню, кто-то рьяно доказывал, что мужчины и женщины прибыли на Землю в разное время с разных планет на альтернативных космических кораблях. В доказательство этому были приведены иллюстрации таинственных кругов на полях. Хорошая шутка, скажите вы, но ведь найдутся те, кто действительно, в это верит.

Иногда критика существует внутри научного сообщества. К сожалению, люди, посвятившие большую часть своей академической карьеры изучению половых различий, склонны занимать оборонительную позицию. Часто исследования проводятся на животных, и полученные результаты, неприменимы к людям. Я уверена, что термин «неуместность» относится только к идее, а изучение, например, рыбок данио или грызунов может использоваться для объяснения человеческих проблем, таких как гендерные различия в достижениях.

Все виды исследований по-своему ценны, но нам нужно проявлять осторожность при экстраполяции между областями исследований. Слон в комнате — это еще и необходимость точно определить, идет ли речь о чисто биологических исследованиях половых различий (у любых видов) и/или о биопсихосоциальных исследованиях гендерных различий (которые могут быть только у людей).

Вы сейчас работаете над второй книгой. О чем она?

Сегодня многие девочки и женщины в аутистическом спектре полностью игнорируются. На протяжении всей истории аутизма существовал стереотип, что аутизм — это мужская проблема, и это отвлекало от разработки диагностических инструментов. Ранние визуализирующие исследования проводились только на мальчиках, потому что девочки редко «заболевали» аутизмом.

Книга посвящена тому, чтобы показать, что если мы смотрим через гендерную призму — мы упускаем большую часть населения, которая могла бы внести огромный вклад в истинное понимание того или иного процесса.

Читайте также: